Ален Шартье, 1903 год, 162х114 см. Частное собрание
На картине изображена легенда XIV века об Алене Шартье (Alain Chartier, около 1385 года - около 1430 года), выдающемся французском литераторе своего времени.
У французского короля Карла VII был сын Людовик - будущий король Людовик XI, и он еще в юности женился на Маргарите, дочери короля Шотландии Якова I. Маргарита Шотландская славилась своей красотой, с детства она любила литературу, поэзию и сама сочиняла стихи и баллады, в том числе на французском языке. При своем дворе она покровительствовала поэтам и литераторам. Однажды, прогуливаясь по дворцу, в присутствии своих сопровождающих, она увидела спящего в кресле поэта Алена Шартье. Маргарита Шотландская, дофина Франции, остановилась и поцеловала его в губы. Поступок был крайне смелым. Мы видим реакцию свиты: те, кто постарше, делают вид, что ничего не видели; тем, кто помоложе, смешно. Все обсуждают эту интригу и пикантную сцену. Только монах вдали читает книгу и ничего не замечает. Объясняя всем свой поступок, Маргарита Шотландская сказала: «Я поцеловала не человека, а уста, которые произносят великолепные строки». Кроме крупных главных героев также выделяется размером одна из придворных дам, которая держит букет с лилиями, которые являются еще одним указанием на невинность и целомудренность этой сцены. Такова легенда.
А что было на самом деле? В 1428 году Карл VII отправил Алена Шартье в Перт с поручением просить у короля Якова руки его дочери Маргариты для дофина Людовика. Маргарите было в то время четыре года, а два года спустя Ален Шартье умер - и поэтому красивая история о поцелуе - не более чем легенда.
Рыбак и Сирена (The Fisherman and the Syren) Сэр Фредерик Лейтон, 1858 год
Оригинал картины 66,3×48,7 см, холст, масло,
Бристольский Городской музей и Художественная галерея, Бристоль
Разработка картины для вышивки ЭстЭ
Размер: 385х599 стежков, готовый размер 38,9x60,6 см
Основа: Гобеленовая сетка, Zweigart 25 ct
Палитра: DMC (73 чистых и 121 смешанных цветов)
Техника: петит поинт
Der Fischer
Das Wasser rauscht', das Wasser schwoll, ein Fischer sass daran,
sah nach dem Angel ruhevoll, kuhl bis ans Herz hinan.
Und wie er sitzt und wie er lauscht, teilt sich die Flut empor;
aus dem bewegten Wasser rauscht ein feuchtes Weib hervor.
Sie sang zu ihm, sie sprach zu ihm: Was lockst du meine Brut
mit Menschenwitz und Menschenlist hinauf in Todesglut?
Ach wusstest du, wie's Fischlein ist so wohlig auf dem Grund,
du stiegst herunter, wie du bist, und wurdest erst gesund.
Labt sich die liebe Sonne nicht, der Mond sich nicht im Meer?
Kehrt wellenatmend ihr Gesicht nicht doppelt schoner her?
Lockt dich der tiefe Himmel nicht, das feuchtverklarte Blau?
Lockt dich dein eigen Angesicht nicht her in ew'gen Tau?
Das Wasser rauscht', das Wasser schwoll, netzt' ihm den nackten Fuss;
sein Herz wuchs ihm so sehnsuchtsvoll, wie bei der Liebsten Gruss.
Sie sprach zu ihm, sie sang zu ihm; da war's um ihn geschehn:
Halb zog sie ihn, halb sank er hin und ward nicht mehr gesehn.
Гёте. Рыбак, 1778 год
Рыбак
Бежит волна, шумит волна! Задумчив, над рекой
Сидит рыбак; душа полна Прохладной тишиной.
Сидит он час, сидит другой; Вдруг шум в волнах притих…
И влажною всплыла главой Красавица из них.
Глядит она, поёт она: "Зачем ты мой народ
Манишь, влечёшь с родного дна В кипучий жар из вод?
Ах! если б знал, как рыбкой жить Привольно в глубине,
Не стал бы ты себя томить На знойной вышине.
Не часто ль солнце образ свой Купает в лоне вод?
Не свежей ли горит красой Его из них исход?
Не с ними ли свод неба слит Прохладно-голубой?
Не в лоно ль их тебя манит И лик твой молодой?"
Бежит волна, шумит волна…На берег вал плеснул!
В нём вся душа тоски полна, Как будто друг шепнул!
Она поёт, она манит – Знать, час его настал!
К нему она, он к ней бежит…И след навек пропал.
Среди моих больших процессищей маленький игрушечный процессик. В шутку я называю его «пяльца для квилтинга», серьёзно «Розочка» и «Адель». Розочка, потому что все ее платье украшено миниатюрными розочками. Адель, потому что как только ее увидела, пришла ассоциация с внебрачной дочерью мистера Рочестера, героя любимой книги и фильмов Шарлотты Бронте «Джейн Эйр», Аделью Варанс. Ни одно, ни другое название не соответствует оригинальному. Это портрет мадемуазель Эрлер кисти французского художника Леона Ризенера, написанный им в 1861 году. К сожалению, я пока не нашла информации, чья это была дочь. Портрет большой 97 на 1,30 см, в технике масло холст и хранится в Париже в Малом Дворце. Картина для вышивки средняя по размеру, даже можно сказать маленькая, в ней всего 184 630 стежков. Схему для вышивки сделала Екатерина Андреева (Шико).
Разработка картины для вышивки: Наталья Синявская (NaDima).
Размер схемы: 480х640 или 307.200 стежков
Основа: Гобеленовая сетка 25 ct, Zweigart
Палитра: DMC 165 оттенков (55 чистых и 110 смешанных цветов)
Дана-Девица, Светлая водица,
Течешь Ты молочными реками,
Дождями плодовитыми, Землю насыщаешь,
Солнце радуешь, из-за туч холодных лучи выпускаешь.
Травушка-муравушка растет высокая, пшеница-яровица растет богатая.
Славу Тебе всем Родом поем, каравай хлеба в свезённую реку пускаем.
Прими ее, Дана, в неделеньку рано от люда Православного, из мира Живо-Явленного.
Водица Твоя Светлая, Дана молодая,
Водица Твоя счастливая, Дева наша красивая.
Бурли дождями богатыми и ручьями журчатыми,
Пусть дети наши имеют добрую, красивую Долю,
Благослови, Дана, и прояви нам свою волю.
